April 25th, 2012

Абхазия. День 4. Сухум

С самого первого дня экспедиции мы жили в Сухуме, всего в каких-то 50 метрах от моря, но сам город ещё не видели. Да, мы ужинали в паре кафе, но Георгий привозил нас в них, а потом сразу забирал. Так что осмотр столицы Абхазии – сегодняшняя наша цель.




Read more...Collapse )
promo ru december 2, 2013 21:04 18
Buy for 100 tokens
Приветствую всех участников ru-блога, как давних, так и вновь присоединившихся! У нас есть несколько поводов для радости: - Все выходные информация о сообществе провисела в блоке «Интересное» на главной странице ЖЖ, вследствие чего к нам добавилось около сотни участников! Приветствуем новичков,…

М.Е. Салтыков-Щедрин в Вятке.


1. "Старого Гаврила за измятое жабо..."

 Вот скажем, что мы узнавали о М.Е. Салтыкове-Щедрине из советских учебников по литературе? "Истинный демократ, чье сердце, по собственным его словам, "истекало кровью" при зрелище бед народных..." Это, конечно, так. Истекать - оно истекало. А как ему не истекать кровью при взгляде на беды народа издалека? А вот взять поближе, под микроскопом - скажем, как с прислугой своей обращался Михаил Евграфович?  Вот что пишет об этом Лидия Николаевна Спасская - по воспоминаниям её родителей: "Неприятным качеством М.Е. была и чрезвычайная грубость с прислугою. Гостеприимный и радушный, он любил пригласить к себе приятелей пообедать; но эти обеды бывали всегда очень тяжелы для гостей вследствие чрезвычайной раздражительности хозяина. Малейший промах или неловкость прислуги приводили М.Е. в ярость: он ужасно кричал, немилосердно бранился и с досады бросал на пол не так поданную вещь. Тут уж всем равно доставалось - и юному Гришке и бедному старому Платону (слуги М.Е. Салтыкова в Вятке - Е.В.). "Пошехонские привычки" проявлялись тут во всем своем блеске... Отец мой не мог выносить таких сцен и большей частью уклонялся по возможности от салтыковских обедов, а в добрые минуты Михаила Евграфовича отец стыдил его и дразнил известными стихами Дениса Давыдова на либералов:
    А глядишь, наш Мирабо
   Старого Гаврила
   За измятое жабо
   Хлещет в ус да в рыло!
К чести нашего вятского Мирабо я никогда не слыхала, чтобы он в таких случаях поднял руку на своих людей - он довольствовался криком и бранью" (с.102).
 Отличный пассаж - особенно это, последнее: "К чести нашего вятского Мирабо...он довольствовался криком и бранью". Ясное дело, Михаил Евграфович (25-летний барин), разражающийся бранью на престарелого Платона - это еще милейший и добрейший человек на фоне господ, швыряющих тарелки не на пол, а в прислугу, и не брезговавших зуботычинами. А то вы говорите: "Сердце истекало кровью..."

2. "Он и мал, и мерзок - не так, как вы - иначе!"

 Но что-то я издалека зашел. С чего начинает Л. Н. Спасская свой очерк о писателе? С объяснения: "Михаил Евграфович Салтыков прожил в Вятке целых восемь лет... В течение этих восьми лет он был, можно сказать, ежедневным посетителем дома моих родителей...следовательно, родители мои имели полную возможность хорошо его узнать, как человека, приглядеться ко всем особенностям его нравственной физиономии и много порассказали мне о нем" (с. 77). Да, вот он - гений в быту. Есть правда, слова Пушкина - о Байроне: "Народ с радостью читает исповеди, потому что подлости своей радуется - он мал как мы, он мерзок как мы. Врете, подлецы: он и мал, и мерзок - не так, как вы - иначе!". Согласен на все сто. Более того, Лидия Николаевна говорит о писателе много хорошего, а в недостатках оправдывает семейным воспитанием. Кроме того, неприятные характеристики гения вряд ли перекроют его литературный или иной талант и отдалят поклонников. Как раз скучные, выхолощенные биографии и отталкивают напрочь читателя от "бронзового бюста".

3. "Зачем я написал эту чепуху!"

 "Михаил Евграфович был сослан в Вятку в апреле 1848 года за повесть "Запутанное дело", помещенную им в мартовской книжке "Отечественных записок" того же года. Эта повесть юного автора (ему было только 22 года) представляет из себя подражание нашумевшим тогда "Бедным людям" Достоевского...в конце ее включен фантастический сон Мичулина (героя повести), в котором цензура усмотрела дерзкую аллегорию состояния России, - и автор в наказание был послан на службу в Вятку" (с.77-78). А внизу страницы -  у Лидии Николаевны - примечание: "Сам Михаил Евграфович не любил "Запутанное дело", и, когда разговор заходил об этом его сочинении, обыкновенно хмурился и говорил: "И черт меня знает, зачем я написал эту чепуху!" Мне передавали это мать моя и покойный Филипп Киприянович Яголковский, не раз слыхавшие такой отзыв Салтыкова". Литературные грехи молодости, да еще с такими последствиями! Как тут не станешь ругаться. Впрочем, Лев Николаевич зрелый свой плод - "Анну Каренину" - еще не так ругал. Все "неполные" собрания сочинений Салтыкова-Щедрина начинаются прямо с "Губернских очерков". А "неполные" собр.соч. Л.Н. Толстого не содержат "Круг чтения". И правильно делают господа редакторы. Давным-давно брался я за "Круг чтения", но раз десять засыпал на второй странице. Потрясающее снотворное. К чему я речь веду? К тому, что лучше, как Салтыков - обзывать чепухой первый свой литературный "блин", который, как известно, "комом", чем "разочаровываться" в своих замечательных вещах, как Гоголь и Толстой - и начинать после этого нести морализаторскую ахинею.

 4. Жестокий жандарм и замерзающий Салтыков.

"Скабичевский рассказывает целую трагедию по этому поводу: будто бы в рождественские морозы за Салтыковым прискакал жандарм и, не давши ему времени, чтобы порядочно собраться в путь, захватил и повез его в легкой шубке. Михаил Евграфович непременно замерз бы дорогою, если бы брат его не смягчил жандарма и, нагнавши путников уже за заставою, не закутал в нарочно купленную теплую дорожную шубу, чем и спас его почти от верной смерти" (с. 78). Проклятые жандармы! Вас бы так!
Однако: "Салтыков выехал из Петербурга 28 апреля, а в Вятку прибыл 7 мая - вероятно, и одна-то шуба оказалась при таких условиях лишнею, а закутать его в две шубы в мае месяце было бы ни к чему не нужной жестокостью..." 
Учтите, господа, разницу в 12 дней, то бишь выехал М.Е. из столицы по новому стилю десятого мая... Я так и вижу обливающегося потом гения в дорожной шубе в коляске посреди майских пейзажей.
  Уж тёмно: в санки он садится.
 "Поди! Поди!" раздался крик;
 Морозной пылью серебрится
 Его бобровый воротник... 
------------------------------------------------------------------
Источник:
Л.Н. Спасская. Михаил Евграфович Салтыков. Опыт характеристики. Памятная книжка и календарь Вятской губернии на 1908 год. Вятка, 1908.

М.Е. Салтыков-Щедрин в Вятке. Часть вторая.


1."Надобно знать, что такое за город Вятка, чтобы понимать всю горечь моего положения".

 Приведу несколько отрывков из писем Михаила Евграфовича, посланных им из Вятки.
 А.Я. Салтыковой, 8 мая 1848 года: "Сependant on m’a reçu à Viatka les bras ouverts, et je Vous prie de croire que les [hommes] gens dont je suis entouré ici ne sont pas des ogres; ils ne le sont qu’à moitié et partant ne pourront pas me manger totalement. Les dames de Viatka, au contraire, sont des ogresses accomplies, borgnes, bossues, en un mot tout ce qu’il y a de moins présentable, et cependant on m’a dit qu’il fallait tâcher de leur plaire, parce qu’ici comme ailleurs tout se fait au moyen du beau sexe..."
Перевод:
"Впрочем, меня встретили в Вятке с распростертыми объятиями
, и я прошу Вас поверить, что окружающие меня здесь не людоеды; они таковы не более чем наполовину и поэтому не смогут съесть меня целиком. Вятские дамы, наоборот, совершенные людоедки, кривые, горбатые, одним словом, самые непривлекательные, и тем не менее мне говорят, что надо стараться им понравиться, потому что здесь, как и повсюду, все делается при посредстве прекрасного пола..." (I. Т.18, кн. 1. С.34).

 Д.Е. Салтыкову - 25 февраля 1852 года: "... Надежды на освобождение из Вятки еще более охладились. Признаюсь тебе откровенно, что судя по этому, я даже начинаю верить в возможность остаться в Вятке на целую жизнь, потому что нет резона к моему освобождению, ежели оно до сих пор признается невозможным. Эта преспектива до того ужасна, что у меня волосы дыбом становятся при одной мысли об ее осуществлении. Надобно знать, что такое за город Вятка, чтобы понимать всю горечь моего положения..." (I.Там же. С. 111).  
 Д.Е. Салтыкову, 28 июля 1852 года: "Что сказать тебе хорошего о себе? Живу я по-прежнему очень-очень скучно, тем более что мне общество здешнее до крайности надоело, и я большую половину моего знакомства совершенно оставил. Живут здесь люди одними баснями да сплетнями, от которых порядочному человеку поистине тошно делается..." (I.Там же. С118).
 Д.Е. Салтыкову, 23 августа 1852 года: "Вообще жизнь моя идет как-то неладно: пятый год служу в Вятке, да и бог весть, придется ли когда-нибудь с нею расстаться. Скука смертельная, да и от дела как-то охота отпадает, а между тем дел много и все прекляузные; очень я боюсь, как бы не попасться впросак.


Не писал я к тебе долго, собственно, потому, что мало времени, да и нового ничего нет. Хил, стар и ленив я стал, и ты едва ли узнаешь меня, когда нам придется свидеться. Вятка сделала на меня самое печальное влияние..." (I. Там же. С.120).

Д.Е. и А.Я. Салтыковым, 18 октября 1852 года: 
"Ты не поверишь, любезный брат, какая меня одолевает скука в Вятке. Здесь беспрерывно возникают такие сплетни, такое устроено шпионство и гадости, что подлинно рта нельзя раскрыть, чтобы не рассказали о тебе самые нелепые небылицы. Хотелось бы хоть куда-нибудь перейти в другое место, только чтобы избавиться от этой непотребной Вятки..." (I. Там же. С.121).



 Вот такая "картина маслом" вырисовывается! Положение ссыльного Салтыкова совершенно несносно, его одолевает "смертельная скука", местное общество ему "до крайности надоело", и его томит желание вырваться хоть куда-нибудь, "только чтобы избавиться от этой непотребной Вятки". 

Read more...Collapse )

Интересные факты: Самый большой карьер в Европе

Самый большой рукотворный карьер в Европе и один из самых больших в мире находится в городе Коркино Челябинской области. Его глубина более 500 метров, а диаметр вороники – полтора километра. Рассмотреть огромные экскаваторы работающие в самом низу можно лишь с большим трудом. Не случайно в народе его прозвали "Гранд-Карьером". А гости Южного Урала, видя отвалы, зачастую принимают их за уральскую гору. 
Нашли это месторождение в 1931 году. Причем на тот момент оно считалось самым крупным в СССР. Сначала разработка велась вручную, уголь добывали чуть ли не мотыгами, но чуть позже стали применять взрывчатку. 
Любопытно, что самый большой взрыв произошедший на территории Урала за всю его историю случился именно здесь в 1936 году. И сделали его сознательно, для ускорения процесса добычи угля. Взрывотехники готовили «операцию» больше полугода. На некоторое время был эвакуированы все жители города Коркино и несколько близлежащих поселков. 6 июля 1936 года Мощнейшим взрывом было выброшено около миллиона кубометров породы. Куски угля взлетели в воздух на высоту до 500 метров. При этом специалисты немного «перестарались» - произошедший от взрыва подземный толчок зафиксировали даже на другом полушарии, в США. Американцы тогда предположили, что в СССР произошло испытание какого-то нового оружия и очень испугались. Пыль поднявшаяся от взрыва - оседала несколько дней. 
Сначала уголь со дна карьера на поверхность перевозили грузовиками, но



Читать далееCollapse )

Над Муромской дорожкой...

Муром - красивый древний город, стоящий на берегу Оки. Административно относится к Владимирской области, но находится на самой границе с Нижегородской.

Естественно, такой город не мог обойтись без памятника Илье Муромцу.





Полетаем вокруг Collapse )

Один день на озере Художников

Главные красоты Ергаков (горы Западного Саяна) начинаются с живописного озера Художников. Обычно мы стараемся разработать маршрут так, чтобы пожить на берегу этого замечательного места несколько дней, совершая радиальные прогулки к разным красотам. Однако в этом походе у нас была другая главная цель - провести несколько дней на Цветных озёрах. Поэтому на озере Художников мы не стали задерживаться.  Тем не менее, за один день, проведённый здесь, мы всё же сделали несколько снимков.
озеро


Read more...Collapse )